Протокол допроса свидетелей — жителей станицы Казанской

В апреле 2022 года при участии Фонда имени священника Илии Попова была выпущена книга “Церковь на Дону в годы Гражданской войны 1918-1919 гг.”, которая представляет собой сборник документов обследования состояния приходов Области Всевеликого Войска Донского, подконтрольной Белому движению в 1919 г., осуществлённого Особой комиссией по расследованию злодеяний большевиков при Главнокомандующем Вооруженными cилами на Юге России.

Протокол допроса свидетелей — жителей станицы Казанской
12 июня 1919 г.

1919 года июня 12 дня в станице Казанской Верхне-Донского округа Обл[асти] в[ойска] Донского член Особой комиссии по расследованию злодеяний большевиков при Главнокомандующем Вооруженными силами на Юге России допрашивал с соблюдением 443 ст[атьи] Уст[ава] Уг[оловного] суд[а] нижепоименованных в качестве свидетел[ей] и они показали:

Я, Анфуса Михайловна Протопопова, 47 л[ет], жена священника Казанской ст[аницы] Михаило-Архангельской церкви, живу в станице Казанской, показываю: муж мой, от[ец] Фёдор Михайлович священник был арестован на третий день по занятии красными власти в ст[анице] Казанской, обвинений никаких ему предъявлено не было; арестовали его на дому вооружённые красноармейцы и увели, поместили его сначала в подвал. Муж мой работал в обществе потребителей, преподавал Закон Божий и пользовался общей любовью и популярностью. При аресте его у нас произвели обыск, причём взяли детскую шашку, больше ничего не нашли. В подвале при ужасных условиях содержания, подвергаясь издевательствам и унизительным для сана его работам муж мой пробыл неделю, затем его вызвали на допрос, но и тут муж мой ничего не узнал, что за дело возбуждено против него.

Молебен в станице Казанской

Свидания разрешались редко и чаще удавалось передавать только пищу. Наконец его перевели уже в тюрьму за решётку. Спустя около трёх недель к нам вломились красные с «обыском», который собственно говоря превратился в простой грабёж, брали решительно всё и не взирая ни на что. Тут же я получила записку от мужа, что он приговорён к расстрелу, если не внесёт 20 тысяч рублей контрибуции. Я с огромной затратой сил и хлопот собрала 20000 рублей и внесла. Председатель «чека» Ковальский тогда вызвал мужа и объявил, что он от расстрела свободен, но подлежит выселению в отдалённую губернию, решено было в Тамбовскую, на выезд после усиленных просьб дочери моей дали мне три дня срока, но на следующий же день пришла бумага, в коей Ковальский сообщал, что «ввиду вновь поступивших обвинений» мужу предлагается выехать немедленно С трудом собрался муж и уехал. Это было за 2 недели до восстания и с тех пор я не имею сведений о нём, где он и жив ли. У меня на руках осталось четверо маленьких детей, затем сын-семинарист, дочь и ещё одна замужняя дочь и сын в казачьем училище. Подробностей деятельности большевиков у нас я, за личным горем, не могу и боюсь передавать.

Зверства большевиков

Я знала, что шли расстрелы, жертвам связывали руки и затем связывали их между собой и расстреливали над ямами. Всюду грабежи, расхищения и разрушения, насильственные выселения и пр[очее] до такой степени влияли на нас, что я, чтобы спасти семью должна была согласиться на жертву, приносимую моей дочерью согласившейся выйти замуж за военного коменданта Ив[ана] Вас[ильевича] Рычкова, он правда сердечно
к нам относился.

Прочитано, записано верно, только исправляю, что муж в подвале
сидел сутки, а затем его перевели в другое помещение, оттуда в правление и наконец в тюрьму.
Анфуса Протопопова
Член Особой комиссии [подпись]

Полная версия книги “Церковь на Дону в годы Гражданской войны 1918-1919 гг.” в формате PDF

Протокол допроса свидетелей — жителей станицы Казанской: Один комментарий

  1. Такие документы нужно читать всем, чтобы не было иллюзий того, как хорошо было при большевиках. Спасибо за Вашу работу, уважаемые сотрудники Фонда. Всегда со вниманием читаю все материалы.

Добавить комментарий